Будь молодцом, сынок.

Седжвик Оливер Кристофер

Когда Пердита вернулась в порт и весть о гибели капитана разнеслась по Лондону, оказалось, что покойный тревожился не напрасно. Совладельцы корабля примчались, как по тревоге и вскоре у Пердиты был уже другой капитан. Данте Лейтон выгодно продал им свою долю и решил прислушаться к совету своего старого капитана. Вырученных им денег вместе с тем, что он скопил, как раз хватило на покупку новехонькой двухмачтовой бригантины, только что вернувшейся из колоний. Данте окрестил её Морским Драконом и велел установить вздыбленную фигуру дракона на форштевне, немного ниже бушприта.

И в свое первое плавание бригантина пустилась уже с новым капитаном и испытанной командой, ведь большинство матросов с Пердиты предпочли уйти вместе с Данте. С ними был Коббс, суровый уроженец Норфолка, боцман с Пердиты, поразмыслив немного, он решил, что бывший ученик Кристофера ему по душе. И МакДональд, шотландский матрос, когда-то много лет назад немало потрудившийся, чтобы сделать из молодого Лейтона настоящего морского волка, ушел за ними. Он был уверен, что лучшего капитана ему не найти. Тривлони, угрюмый корабельным плотник с суровым обветренным лицом, не мучался сомнениями. Решившись, что МакДональд и Коббс знают, что делают, он без раздумий последовал за ними.

Но кроме них на борту Морского Дракона оказался ещё один человек, который тоже хорошо знал капитана, хотя нога его раньше не ступала на палубу корабля. И в первые месяцы плавания он был уверен, что лучше бы так оно и было дальше. Ибо не было на свете ещё такого далекого от моря человека, как Хьюстон Кирби, бывший лакей из замка Мердрако, а потом — личный камердинер старого маркиза, дослужившегося со временем до высокого положения дворецкого в доме лорда Данте Джейкоби, внука и наследника старого маркиза. То, что его прежний хозяин стал капитаном, да ещё Морского Дракона, означало начало новой жизни и это оказалось решающим аргументом в пользу того, что в команде брига появился новый матрос.